Экскурсии в историю

Нефлотская историческая информация, обсуждения

Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 02 июн 2013, 08:04

История дивизии СС "Галичина" от Олеся Бузины
02.06.2013


Сегодня некоторые утверждают, что дивизия СС «Галичина» была «украинским» формированием — чуть ли не «колыбелью» национальной армии. Но есть мифы, а есть факты. Современная украинская армия — наследница Советской. Точно так же, как нынешняя Украина — преемница УCCР. Из дивизии «Галичина» ничего не выросло. Более того! В 1945 году ее солдаты, уцелевшие в боях и сдавшиеся в плен англо-американцам, избежали выдачи Советскому Союзу только потому, что официально объявили себя… «поляками».

По соглашению между СССР и западными союзниками, выдачи подлежали все бывшие советские граждане, ставшие изменниками Родины и перешедшие на сторону нацистов. Именно так англичане и американцы передали Советскому Союзу солдат армии Власова и донских казаков, воевавших в корпусе немецкого генерала Паннвица. Но Западная Украина до Второй мировой войны входила в состав Польши. Подавляющее большинство рядовых военнослужащих СС «Галичина» до 1939г. юридически были польскими гражданами.

Как пишет в книге «СС — инструмент террора» британский исследователь Гордон Вильямсон: «Тот факт, что союзников смутил статус этих людей, именовавшихся галичанами, позволил многим из них избежать насильственной депортации в Советский Союз. Несмотря на то, что они служили в составе Ваффен-СС, польский генерал Андерс предпочел рассмотреть ситуацию с прагматической точки зрения и решил простить им их прошлое, а, учитывая их потенциальную полезность как истинных антикоммунистов, поддержал их заявления о том, что они ЯВЛЯЮТСЯ ПОЛЯКАМИ».

Это лишний раз свидетельствует, что никакими «героями» Украины, да и героями вообще эсэсовцы «Галичины» не были.
Мужественному признанию себя «украинцами» они предпочли лазейку, чтобы спрятаться за официальным статусом «поляка». Примерно, как сегодня многие «патриоты» на Западной Украине предпочитают отстоять в очереди за так называемой «картой поляка», чтобы облегчить себе выезд в Евросоюз.
Особенно же пикантным в истории с «полонизацией» солдат «Галичины» (о, великая западная Фемида, которая может творить любые чудеса!) выглядит то, что боевое крещение они приняли в боях именно с польскими бойцами Сопротивления и украинскими партизанами Сидора Ковпака, совершавшими свой знаменитый Карпатский рейд.

Еще до того, как в июле 1944 года попасть в советское окружение под Бродами, что чаще всего считается началом боевого пути галицких эсэсовцев, военнослужащие скандально известной дивизии поучаствовали в уничтожении польского села Гута Пеняцка. Поляки утверждали, что жителей села согнали в сараи и просто сожгли. Мемуаристы из «Галичины» оправдывались, что эта деревня была базой партизан со своим отрядом самообороны. Как бы то ни было, на месте Гуты, как и белорусской Хатыни, сейчас ничего нет, кроме мемориала истребленным местным жителям.
Таким образом, боевым крещением солдат «Галичины» была карательная полицейская акция.

Воевать с Красной Армией оказалось куда сложнее. Летом 1944 года под Бродами «Галичина» сразу же попала в окружение. Большинство ее солдат погибло, или разбежалось по лесам. Из 14 тысяч человек уцелело только 3 тысячи. Командир дивизии немецкий генерал Фрайтаг утратил управление еще в начале боя и сбежал в тыл, бросив своих солдат. Как же так могло случиться в хваленой немецкой армии? Почему?

Рациональные германцы занимались такой же ерундой, как маршировать с песнями в противогазах и др.
А на боевую подготовку времени так и не хватило. В памяти участников боя под Бродами остался эпизод, как один из солдат-галичан по фамилии Вовк выстрелил по советскому танку из фауст-патрона, не обратив внимания, что за спиной у него кирпичная стена. Парня живьем сожгло струей раскаленного газа, отскочившего от стенки! Такое бывает только с необученными солдатами, которые не знают особенностей своего оружия.
Весь высший командный состав «украинской» дивизии СС состоял из немцев. Подчеркиваю — весь! Не только генерал Фрайтаг, но и все командиры полков и батальонов. Кроме одного — ветерана многих армий с красноречивой фамилией Побегущий.
В 1944 году немцам не приходилось особенно выбирать. Плох был и командир дивизии, и большинство офицеров. Генерал Фрайтаг до этого никогда не командовал боевой частью — только полицейскими формированиями. Немецких офицеров в «Галичину» посылали по профнепригодности — из тех, которые были не нужны в настоящих «арийских» частях — трусов и дураков. Образно говоря тех, кто в высшей расе был низшей кастой. А ротные командиры-украинцы из ветеранов армий УНР и ЗУНР выслужили свой ресурс — деды разменяли шестой десяток, плохо знали или совсем не знали немецкий язык и давно отстали от требований современной войны.
Немцы относились к галичанам как к людям второго сорта. Ярким примером отношения к военнослужащим СС «Галичина» со стороны германского командования является то, что во время маршей по немецкой территории им запрещали останавливаться на ночлег в домах — только в сараях, чтобы не тревожить покой добропорядочных германских граждан
А ведь галицкие эсэсовцы, как и немцы, принесли присягу на верность фюреру! Они платили за свой выбор кровью, а их держали в сараях, как скот! Как «недоевропейцев»!

Рукава, закатанные по локоть, «модный» автомат, в котором никогда не кончаются патроны, губная гармошка и бутерброд с салом — таковы стереотипные атрибуты германского солдата в советских фильмах про войну. Просто рекламная картинка преимуществ «западного образа жизни»! Вступай к нам! Мы сделаем из тебя сверхчеловека! Будешь кататься на «Тигре» в красивой форме, пить шнапс и радоваться, что стал частицей «европейской» цивилизации. Немудрено, что этот нехитрый образ взял «в плен» массовое сознание советских и постсоветских граждан. Нынешние поклонники дивизии СС «Галичина» уверены, что так оно и было — как в кино. Что в Красной Армии дисциплину поддерживали исключительно особыми отделами и заградотрядами, а в Вермахте… дополнительной порцией сосисок с пивом. И ласковым поглаживанием ладошки фюрера по умной детской головенке.
Реальность выглядела иначе. Заградотряд под названием «группа полевой жандармерии» входил по штату в каждую немецкую пехотную и танковую дивизию. А самым эффективным средством для поддержания порядка в войсках считался расстрел. Военно-полевые суды выносили приговоры легко и приводили их в исполнение незамедлительно. Не считаясь с особенностями нежной славянской психики «тирольцев Востока», как называли в Австро-Венгрии галичан.
Один из солдат — некий Бурлак из-под Черткова — во время вечерней поверки решил пошутить и набросил одеяло на голову своего земляка унтер-офицера, проводившего перекличку роты.. Строгие немцы сочли происшествие грубейшим нарушение дисциплины. Бедняга был расстрелян.
Это был далеко не последний расстрел за дисциплинарные проступки в дивизии
Генерал Фрайтаг несколько успокоился только тогда, когда после Бродского разгрома при переформировании дивизии ему удалось довести количество немцев в «Галичине» до тысячи человек. Все мало-мальски важные должности (даже аптекаря!) теперь занимали только истинные арийцы.
А унтер-офицеры, наскоро произведенные из украинцев («підстаршини»), если верить мемуаристам, гоняли рекрутов с еще большим остервенением, чем природные немцы.

Почти сразу же началось дезертирство. Солдат получал отпускной билет домой, но в расположение части не возвращался. Капеллан Нагаевский, которому солдаты исповедовались в своих чувствах, а потому информированный о психологическом состоянии паствы из первых уст, как-то даже признался генералу Фрайтагу, что многие из рядового состава на передовой дезертируют.

После поражения под Бродами, где «Галичина» потеряла около 80 процентов личного состава, дивизию использовали в основном для антипартизанских акций. Сначала в Словакии. Потом — в Югославии. Генерал Фрайтаг по-прежнему поддерживал дисциплину драконовскими методами. В словацком городе Жилина двое офицеров-украинцев, которым не хватило квартир для постоя (один из них, Владимир Мурович, — адвокат дивизионного суда!) сдуру сорвали печать на чужой квартире, не обратив внимания, что она опечатана гестапо.
Обоих посадили под арест и приговорили к расстрелу. Мурович сбежал, как в анекдоте: дождавшись смены караула, сказал конвоирам, что «уже поговорил с заключенным» и хочет выйти. Те, ничего не заподозрив, выпустили сообразительного адвоката. Но его менее удачливый приятель, оставшийся под замком, был, как обычно, расстрелян за наплевательское отношение к дисциплине.

Такая же участь выпала восьми эсэсовцам-дезертирам, ударившимся в бега во время патрулирования местности. Перед дивизионным судом хитрецы оправдывались, что их «поймали словацкие партизаны», от которых они якобы удрали и как раз возвращались в расположение родной части. Но генерал Фрайтаг не поверил галицким сказочникам — расстрел стал для них финалом земных терзаний.

Сознательность «добровольцев» славной эсэсовской части не стоит преувеличивать. Летом 1943-го у молодежи дистрикта Галиция выбор был невелик: быть вывезенным на принудительные работы в Германию и попасть там под бомбардировки англо-американской авиации, податься в лес к УПА, что большинство отнюдь не прельщало, спрятаться и дождаться прихода Красной Армии или же и завербоваться в дивизию СС. Многие буквально не знали, куда податься. Они разрывались между всеми вариантами и дезертировали при первой же возможности.
Пеший переход из Словакии через Австрию на территорию Югославии зимой 1945-го запомнился галицким эсэсовцам морозами, вшами, ночевками в сараях (заходить в немецкие дома запрещалось) и еще одной казнью мародера. Кто-то из солдат дивизии СС «Галичина» украл у словака велосипед, полевая жандармерия составила протокол. Суд, приговор — крышка.

Чтобы не падала дисциплина, генерал Фрайтаг по приходе в Словению приказал расстрелять 17-летнего эсэсовца Кульбабу родом из села Борщовицы под Львовом. Кульбаба проголодался на марше и съел без разрешения командования свой НЗ.
Вот какая замечательная дисциплина была в германской армии!

Можно много чего рассказывать о Красной Армии. Но в ней не расстреливали 17-летних пацанов за съеденный НЗ. Для сравнения — отрывок из воспоминаний советского танкиста Николая Попова: «В танке НЗ на четырех человек всегда был. Но голод не тетка, если желудок пустой, тогда и НЗ ели». И ни один трибунал не устраивал из этого цирк с расстрелами, как немецкие командиры в СС «Галичина».

Последним расстрелянным в этой безумной дивизии стал генерал Фрайтаг. Приговор себе он вынес лично, пустив пулю в лоб 10 мая 1945 года — на следующий день после НАШЕЙ Победы.

Segodnea.ua
Последний раз редактировалось Platonov 02 июн 2013, 09:05, всего редактировалось 1 раз.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 02 июн 2013, 08:12

Сергею (Shultz)
Простите меня за очередную не морскую тему. Но я, увидев эту статью в молдавской интернет-газете, не мог ее не опубликовать, а подходящего места в темах не нашел.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 09 июн 2013, 22:38

Кровавое лето 1920 года. История одного геноцида(в порядке объективности одно из мнений)
09.06.2013


В июне в Южной Осетии отмечается очередная годовщина геноцида осетинского народа, устроенного грузинскими меньшевиками летом 1920 года. С того времени прошел почти целый век, однако в памяти народной все еще живы отголоски этих кровавых событий, поставивших на грань выживания южную ветвь осетинского народа.

Осетинам на юге Осетии был утроен геноцид, в основе которого лежал принцип национальной неприязни. А стремление подавить большевистскую Фронду было просто поводом, но никак не причиной. Ни традиционная пророссийская настроенность осетин, ни популярность большевизма в Южной Осетии не могли быть причиной уже только потому, что среди осетин были меньшевики, а среди самих грузин масса пророссийских политиков.
Чтобы понять события тех лет вернемся к периоду, когда было свергнуто самодержавие, и на просторах царской России складывался новый мир. И мир этот был разнообразным и многоцветным, не таким однозначным, каким он представлялся нам в учебниках советской истории. После свержения самодержавия в регионах России царила политическая вольница. В каждом уголке бывшей единой страны к власти приходили разные партии, при этом и другие партии продолжали свою деятельность, рассчитывая на политический реванш. В 1917-1921 годах в Грузии при абсолютном лидерстве меньшевиков, действовали партии эсеров, большевиков и анархистов. Причем устойчивость партийного мировоззрения членов этих партий была условной. Так известный палач Южной Осетии, руководивший в 1920 году погромом осетин Валико Джугели, ярый член партии меньшевиков, ранее был… большевиком. И это неудивительно, ведь большевики и меньшевики представляли два крыла одной революционной партии РСДРП, образованной в 1898 году.
Понятно, что и осетины, многие из которых участвовали в деятельности этих партий, перенесли эту политическую палитру и в Южную Осетию. Однако все они – меньшевики, эсеры, большевики – ставили для себя главной целью суверенитет Южной Осетии. Но пути к достижению этого каждый видел свои.
Формирование государственного национально-территориального образования виделось в организации общего политического органа – Национального совета. Первое заседание совета прошло 5-9 июня 1917 года в поселке Дзау. Среди его участников были большевики, меньшевики, эсеры, духовенство, один анархист и беспартийные представители. В то время будущее политико-государственное устройство окраин Российской Империи было еще не определено. Поэтому Национальный совет не ставил пока вопрос немедленного территориального обособления Южной Осетии, более важным считая вопросы развития национальной культуры и образования, проблему землепользования и владения лесными угодьями.
Однако после того, как меньшевики Грузии 26 мая 1918 года объявили о создании независимого государства, вопрос статуса Южной Осетии стал актуальным. При этом считалось, что его решение имеет реальную перспективу. Дело в том, что власти Грузии в то время были достаточно слабы как в военном, так и в экономическом плане. В 1918 году правительство Ноя Жордания пригласило в Грузию германские войска, которые вскоре заняли все стратегические пункты страны. Но что интересно, в Южную Осетию немецкие батальоны не вошли, хотя необходимость занятия горных перевалов диктовалась простой военной логикой. Да и сами представители Тифлисских властей больше забрасывали просьбами Цхинвал признать «грузинскую республику», чем попытками политического переустройства Южной Осетии.
В то время Национальный совет практически владел всей полнотой власти на юге Осетии. В Цхинвале жили представители осетинской интеллигенции и духовенства, которые и составили основу его управленческих кадров. В доме Григола Магкоева на Богири располагались органы управления, милиция, суд. С правительственными структурами в Тифлисе связи были номинального характера. В первое время в национальном движении большевики не были представлены широко. Поэтому требования осетинских представителей к правительству Грузии не носили непримиримого характера. Территориальное обособление допускалось в рамках единого государства, было даже предложение образовать национальный кантон. В этом такая позиция была созвучна даже сегодняшней позиции официального Тбилиси, навязывавшего несколько лет назад Южной Осетии кантональное существование в составе Грузии. После вывода из Грузии германских войск и приходом в страну сил Антанты (военно-политический союз стран Европы и США – ред.) позиция меняется.
Юго-осетинские представители теперь попытались апеллировать к международному сообществу. Осенью 1919 года Национальный Совет обращается к миссиям держав Антанты, представленных в Закавказье со специальным «меморандумом народа Южной Осетии», где обозначалась идея объединения севера и юга Осетии. Документ был составлен на русском языке, несколько экземпляров на французском, официальном языке международной дипломатии того времени.
В партии меньшевиков состояли талантливые осетинские инженеры Рутен Гаглоев и Александр Дзассохов, историк Захарий Ванеев, эсерами были просветители Александр Тибилов и Петр Тедеев, большевиками – Александр Джаттиев и Арон Плиев. В те годы партийное расслоение допускало разделение только на уровне партийной идеологии, но никак не на позициях национального строительства. Представители партий отнюдь не были слепыми исполнителями воли своих партийных бонз. Наглядный пример, меньшевистский комиссар Владимир Харебов лично раздал винтовки осетинским повстанцам. А для меньшевистских властей в Тифлисе стало неприятным сюрпризом участие в вооруженном восстании части их осетинских единомышленников. Осетинские эсеры, поддерживавшие белогвардейское движение, тем не менее, выступали против перехода белых полков из оккупированной Северной Осетии на юг Осетии. Даже осетинские большевики, характеризующиеся большей покладистостью, всегда с недоверием относились к действиям своих грузинских однопартийцев.
Таким образом, по внутренней сути политическая разобщенность носила в Южной Осетии условный характер. Ведь порой даже политические лозунги у партий были одинаковые. Забавный эпизод: член Горийского уездного комитета меньшевик А.Дзассохов жил в Цхинвале вместе с семьей в доме в переулке ул.Хетагурова. Здесь всегда было много гостей, особенно родственников из деревни, приезжавших на базар и остававшихся на ночь. Очевидно, такое постоянство тяготило супругу А.Дзасохова, которая однажды сделала ироничное замечание мужу-революционеру: «Александр, я понимаю, что все вы придерживаетесь лозунга – пролетарии всех стран, соединяйтесь! Но почему все пролетарии должны соединяться именно в нашем доме?!».
Считается, что грузинские власти впервые вооруженное нашествие на Южную Осетию совершили в июне 1920 года. Но это не так. В начале марта 1918 года меньшевистские войска под командованием Коста Казиева перешли границу для того, чтобы арестовать представителей национального Совета и разоружить население. Военная кампания закончилась разгромом правительственных войск у села Дргвис (пригород Цхинвала) и гибелью всего грузинского военного командования. Однако уже 22 марта новые войска под командованием генерала Александра Кониева вошли в Цхинвал. Осетинские повстанцы с боями отступают до Дзау.
12 мая 1918 года воинские подразделения грузинских меньшевиков под командованием генерала Каралова снова занимают Цхинвал и распускают Национальный Совет. В октябре 1919 года Грузия снова вводит в Южную Осетию войска, чтобы подавить революционные выступления, охватившие также и соседние районы. К декабрю антименьшевистское восстание в Грузии было подавлено. Ввиду явного численного превосходства сопротивление меньшевистским войскам потеряло смысл и в Южной Осетии. 2 декабря штаб восстания, расположившийся в местности у села Тонтобет принял решение прекратить вооруженное сопротивление. Таким образом, вооруженное вторжение на юг Осетии меньшевистское правительство Грузии осуществило трижды. Но год 1920 стал кульминационным.
К этому времени сложилось интересное положение. Грузинские войска, хотя и контролировали Южную Осетию, тем не менее, не переходили дальше селения Уанел. Это и позволило в мае 1920 года осетинским большевикам провозгласить Советскую власть в селении Рук. 31 мая 1920 года образованная в Северной Осетии Юго-Осетинская бригада перешла перевал и присоединилась к повстанцам в селении Рук. 6 июня были разгромлены меньшевистские войска в Дзау, вечером 7 июня с боем взят город Цхинвал. Однако к 12 июня меньшевистское правительство срочно сняло войска с других направлений, перебросило их в Южную Осетию. С этого дня и до 23 июня шли непрекращающиеся бои. Осетин убивали на улицах Цхинвала, во дворах своих домов. Осетинская слободка, в которой в городе компактно проживали осетины, запылала. Вскоре огню были преданы все осетинские населенные пункты от Цхинвала до крайнего селения Рук.
О масштабах геноцида говорят документальные материалы специальной комиссии, работавшей с участием, в том числе и грузинских представителей. Всего грузинскими карательными войсками было убито 5279 человека, из них женщин – 1375, детей 1844. То есть каждый третий убитый был ребенком! Погибло во время бегства через горные перевалы или от болезней более 15 тысяч человек. В общем исчислении было потеряно 20% осетинского населения Южной Осетии!
Было сожжено 1588 жилых и 2639 хозяйственных построек; уничтожено 23 тыс. 600 гектаров посевов. Оккупационные меньшевистские власти угнали 32 460 голов крупного и 78 485 голов мелкого голов рогатого скота. В места прежнего расселения осетин переселялись грузины из соседних районов Грузии. По приблизительным подсчетам, причинено было убытков на сумму 3 млн. 317 тысяч золотых рублей. Многие населенные пункты, например как села Згудер и Тихреу, так и не были восстановлены, по причине того, что все население, жившее здесь, было полностью уничтожено. И возвращаться на пепелища было некому.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 08 июл 2013, 19:54


В шаге от Третьей мировой.

Как союзники по антигитлеровской коалиции собирались на нас напасть.

1 июля 1945 года должна была начаться Третья мировая война: США и Англия разработали план нападения на СССР, который не без цинизма назвали операцией «Немыслимое».

В самом деле, кто бы мог подумать, что партнеры СССР в войне против Гитлера на самом деле, еще до окончания военных действий против фашистской Германии, уже составляли план внезапной агрессии против нашей страны? Причем напасть на нас в те годы они собирались не один раз.

Советское правительство объявило о демобилизации своей армии 23 июня 1945 года. Германия была разгромлена, к чему было продолжать держать под ружьем миллионы солдат? Надо было срочно восстанавливать разрушенные города и народное хозяйство, стране нужны были рабочие руки. Однако 1 июля 47 английских и американских дивизий безо всякого объявления войны должны были нанести сокрушительный удар по нашим войскам в Европе. Одновременно четыре воздушные армии тяжелых бомбардировщиков – огромных «летающих крепостей» - готовились обрушить свой смертоносный груз и превратить в пыль крупнейшие города СССР, как они это проделали с Дрезденом. Удар англо-американцев должны были поддержать 10-12 немецких дивизий, которые «союзники» держали не расформированными в Шлезвиг-Гольштейне и в Южной Дании, где к войне против СССР их готовили британские инструкторы.

Планы, как уже установили историки, были следующие: оккупировать те районы внутренней России, лишившись которых страна утратит материальные возможности ведения войны и дальнейшего сопротивления.

А также «нанести такое решающее поражение русским вооруженным силам, которое лишит СССР возможности продолжать войну».

Операция «Немыслимое» - сразу два плана, наступательный и оборонительный на случай военного конфликта - была разработана по заданию премьер-министра Уинстона Черчилля. Работа началась, когда еще нацистская Германия не была повержена, и велась Объединенным штабом планирования военного кабинета Великобритании в глубочайшем секрете. Конечная цель состояла в полном разгроме и капитуляции СССР. Закончить войну предполагалось там же, где планировал закончить ее Гитлер по плану «Барбаросса»: на рубеже Архангельск-Сталинград. Документы, относящиеся к этим планам, хранятся в Национальном архиве Великобритании и полному рассекречиванию до сих пор не подлежат.

Черчилль уже отдал приказ складировать трофейное немецкое оружие с прицелом на возможное его использование против СССР, размещая, как уже говорилось, сдавшихся в плен солдат и офицеров вермахта в земле Шлезвиг-Гольштейн и в Южной Дании.

Готовилось и массированное пропагандистское обеспечение агрессии под красивыми гуманитарными лозунгами борьбы с «тоталитарным режимом» и «освобождения народов СССР от ига диктатуры». То есть, почти то же самое, что много лет спустя делали «демократические государства», когда бомбили Белград, громили Ирак, вторгались в Ливию и вели войну в Афганистане, а сегодня готовятся к операциям против Сирии и Ирана.

Однако за день до планируемого начала войны части Советской армии неожиданно изменили свою дислокацию. Это было гирей, перевесившей чашу весов истории: приказ о вторжении отдан не был.

Кроме того, как отмечают историки, решающую роль в изменении планов «союзников» о вероломном нападении сыграл успешный штурм Берлина советскими войсками. И западные военные эксперты убедили политиков, что война с таким противником будет очень трудным делом.

Это, кстати, наносит сокрушительный удар по измышлениям либеральных «экспертов», которые утверждают, что штурм будто был «не нужен», окруженный со всех сторон Берлин «сам бы капитулировал».

А угроза внезапного нападения была вполне реальной. Военно-морские силы Великобритании и США, например, тогда имели абсолютное превосходство над ВМФ СССР: по миноносцам в 19 раз, по линкорам и большим крейсерам - в 9 раз, по подводным лодкам - в 2 раза. У них было свыше сотни авианесущих кораблей разных классов, в то время как у нашей страны - ни одного авианосца. Советские сухопутные войска были измучены войной, техника изношена, а у американцев уже готова атомная бомба, которую они вскоре сбросили на японские города. Была и еще одна важная причина, по которой коварный удар по СССР был отложен. США нужно было, чтобы СССР сокрушил Квантунскую армию на Дальнем Востоке, самим одолеть японцев им было не под силу.

С 1945 года по начало 1960-х США разработали в общей сложности около 10 планов нападения на СССР.

Так, например, согласно плану «Даблстар» предусматривалось сбросить на города СССР 120 атомных бомб, после чего, как рассчитывал агрессор, СССР пойдет на капитуляцию, а оккупационным войскам в течение 5-8 лет придется устанавливать новую власть. Согласно плану «Дропшот», планировалось сбросить уже 300 атомных бомб на 200 городов СССР в течение месяца. А если СССР не сдастся, сбросить 250 тысяч тонн обычных бомб, что должно было привести к уничтожению 85 процентов советской промышленности. Одновременно с бомбардировками должны были занять исходные позиции для наступления наземные силы в количестве 164 дивизий НАТО, из которых 69 дивизий были американскими.

После оккупации территорию нашей страны планировалось разделить сначала на оккупационные зоны, а потом раздробить на более чем 20 государств, в том числе на «Северную Россию», поволжское татаро-финно-угорское образование «Идель-Урал», республику «Казакию» и так далее. Дальний Восток должен был попасть под протекторат США. О плане «Дропшот» было написано много, но многое из истории уже стало забываться…

О другой попытке напасть на СССР и реальном плане американцев на этот счет - о котором сегодня не так часто вспоминают - поведал недавно мне в Санкт-Петербурге Михаил Васильевич Березкин. Ветеран Великой Отечественной войны, он больше был известен под фамилией прикрытия - генерал-майор Быстров. Он многие годы готовил зарубежную агентуру, воевал, работал разведчиком-нелегалом. Березкин считает, что в 1956 году именно он предотвратил Третью мировую войну.

Михаил Васильевич – ему уже 90 лет - иногда надевает парадный генеральский китель с полным комплектом орденов. Среди них – четыре ордена Красной звезды. Но рассказывать о своих подвигах генерал не любит - сказываются укоренившаяся привычка разведчика к секретности и его природная скромность.

А рассказать ему есть о чем. В разведку его взяли сразу после окончания артиллерийского училища, он прошел всю войну, лично общался с маршалом Константином Рокоссовским, а потом воевал на «невидимом фронте» еще много лет. Но главным в своей биографии разведчика Березкин считает две операции «политического уровня», о которых он и поведал мне во время нашей встречи.

Когда в 1956 году в Венгрии начался мятеж, Березкин под фамилией Быстров служил в Германии на должности помощника коменданта Лейпцига. Но это было прикрытие, на самом деле он возглавлял разведпункт №4 Главного разведывательного управления и вел разведку в отношении американских войск в западной зоне Германии, а комендант Лейпцига был у него в подчинении.

- Мы тогда знали, - вспоминает Березкин, - что американцы собираются вмешаться в венгерские события и готовят удар по нашим войскам. Это должна была сделать расквартированная в Германии седьмая полевая армия США в составе 5 и 7 корпусов, бронетанковые войска и авиация. Всего – около 100 тысяч солдат и офицеров. Но откуда они ударят? Из района Айзенах на севере, или с юга – с хофского направления?

Тут вызывает меня главнокомандующий Группой советских войск в Германии Андрей Гречко и говорит:

- Американцы готовят удар, и если ты разгадаешь, где они собираются его нанести, то сделаешь великое дело. А не сделаешь – станешь подполковником! Даю тебе несколько дней…

А мне совсем недавно полковника присвоили. Но за звание я не беспокоился, понимал главное: если американцы ударят, начнется большая война. И вот начались для меня горячие дни. На наших нелегалов в американской зоне надежда была слабая. Передатчиков у них не имелось (это только в кино показывают, что повсюду у нас радисты), резидент в Мюнхене сидел, пока сообщит - поздно будет! А потому главную надежду возлагали на агентов-«маршрутников». Так мы называли тех, кого посылали на задание в тыл к противнику на короткое время. Выполнил и - назад! Тогда я послал человек 25. Работали день и ночь. И установили, что американцы готовят удар из района Айзенах. Об этом я по ВЧ лично Гречко докладывал. Тут звонит мне Иван Якубовский, командующий нашей танковой армией, и спрашивает:

- Куда идти? Откуда американцы ударят?

Я отвечаю: «Из Айзенаха!»

А Якубовский горячий, решительный был командир. Если бы американцы двинули свои войска, он бы им врезал! А это уж точно – большая война! Напряжение было страшное…

Но вскоре наш МИД сделал заявление, разоблачил планы американцев, и они отказались от удара, поняли, что мы их достойно встретим.

Думаю, что тогда мои действия предотвратили возможный конфликт, и, вероятно, Третью мировую войну.

Потом вызывает меня Якубовский. Говорит: «Хочу посмотреть, что ты за человек! Ведь такое большое дело сделал!» А когда меня увидел, то сильно разочаровался: «Так ты совсем простой парень!». А я и действительно был тогда молодой, да и ростом не вышел. А Якубовский был огромный, под два метра ростом!

Потом меня лично Гречко поздравил. «Товарищ Березкин, -говорит, - вы сделали великое дело и заслуживаете высокой награды!» И… подарил мне охотничье ружье «Зауэр».

Много тогда у нас было разных дел, продолжает вспоминать Михаил Васильевич. Украли у американцев новейший автомат, противогаз последней модели. Но это все так – мелочи разведки. Но вот однажды собрал А. Гречко совещание разведчиков и говорит:

- Ну, как вы работаете? Вы должны документы добывать! Достаньте мне документы о войсках США!

Стали думать, как это сделать. В районе Штутгарта в местечке Вайхинген квартировал штаб 7-й полевой армии США. Стали искать к нему подход. И нашли! Через нашего агента, немца по фамилии Клем. Он и сообщил, что американцы периодически отправляют большие партии документов на уничтожение. Мы решили их подменить. В пути, когда документы везли на уничтожение, заменяли их макулатурой. Эту макулатуру и везли потом сжигать, а настоящие документы отправлялись в наш штаб.

Так мы тонны ценнейших американских документов похитили. Тонны! Там были не только данные по войскам, но и чертежи нового секретного оружия и много еще чего…

Для операции потребовалось много денег – подкупить кого надо, машину приобрести, да и на другие цели, но мне их дали. Лично Гречко дал. Думаю, что это была самая крупная операции по похищению секретных документов в истории разведки. Чтобы не провалиться, мы мешки с документами перегружали сами, пришлось мне тогда грузчиком поработать…

- Так что же, Михаил Васильевич, в жизни главное? И что главное в разведке?

- Патриотизм! – ни минуты не раздумывая, ответил разведчик. – Меня так родители воспитали. Когда мне вручали один из орденов в Кремле, то я там так и сказал: «Мы – патриоты своей страны!». Я всю жизнь провел в разведке – 70 лет! Ничего другого у меня не было. Патриотизм и разведка – вот что для меня главное...
Владимир Малышев
Источник: topwar.ru
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 10 июл 2013, 21:07

Единственный в мире рукопашный бой людей и собак с фашистами

На Черкащине есть уникальный памятник 150 пограничным псам, которые «порвали» полк фашистов в рукопашном бою Эта единственная за всю историю мировых войн и конфликтов битва людей и собак произошла в самом центре Украины много лет назад…

Памятник.jpg

В районе Зеленой Брамы (правобережье реки Синюха) попали в окружение и были практически полностью уничтожены отходящие от западной границы 6-я и 12-я армии Юго-Западного фронта. К началу августа они насчитывали 130 тысяч человек. Из Брамы к своим вышло 11 тысяч солдат и офицеров, главным образом из тыловых частей…

В отдельном батальоне пограничного отряда охраны тыла Юго-Западного фронта, который был создан на базе Отдельной Коломийской пограничной комендатуры и одноименного пограничного отряда, с тяжелыми боями отступающего от границы, находились служебные собаки. Они вместе с бойцами пограничного отряда стойко переносили все тяготы сурового времени. Командир батальона, он же зам.начальника штаба Коломийского погранотряда майор Лопатин (по другим данным, сводным отрядом командовал майор Филиппов), несмотря на крайне плохие условия содержания, отсутствие надлежащего корма и на предложения командования отпустить собак, этого не сделал. У села Легедзино батальон, прикрывая отход штабных частей командования Уманской армейской группировки, 30 июля принял свой последний бой…

Силы были слишком неравными: против 500 пограничников полк фашистов. В критический момент, когда немцы пошли в очередную атаку, майор Лопатин дал приказ послать в рукопашный бой с фашистами пограничников и служебных собак. Это был последний резерв.

Зрелище было страшное: 150 (данные различные – от 115 до 150) пограничных псов - обученных, полуголодных овчарок против поливающих их автоматным огнем фашистов. Овчарки впивались фашистам в глотки даже в предсмертных судорогах. Искусанный (в прямом смысле) и порубанный штыками противник отступил. Но на подмогу подошли танки. Немецкие пехотинцы с рваными ранами, с воплями ужаса, вспрыгивали на броню танков и расстреливали бедных псов. В этом бою погибли все 500 пограничников, ни один из них не сдался в плен. А уцелевшие собаки, по словам очевидцев – жителей села Легедзино, до конца остались преданными своим проводникам. Оставшиеся в живых овчарки ложились возле своих хозяев и никого не подпускали. Некоторых из них немцы пристреливали, остальные, отказываясь от пищи, так и умерли на поле…

После того боя, когда немцы собрали своих погибших, по воспоминаниям жителей села (к сожалению уже мало оставшихся на этом свете) было разрешено похоронить советских пограничников. Всех, кого нашли, собрали в центре поля и похоронили вместе со своими верными четвероногими помощниками. Тайну захоронения спрятали на долгие годы…

Лишь в 1955г. жители Легедзино смогли собрать останки почти всех 500 пограничников и перенести их к сельской школе, возле которой и находится братская могила. А на окраине села, там, где и проходил единственный в мире рукопашный бой людей и собак с фашистами, 9 мая 2003г. на добровольные пожертвования ветеранов Великой Отечественной, пограничных войск и кинологов Украины был установлен единственный в мире памятник человеку с ружьем и его верному другу – собаке.
У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 15 июл 2013, 22:23

Секретные концессии
Что же побудило японцев заключить с нами договор о нейтралитете в 1941 году?
Дмитрий Мельников
15.07.2013

В 1941 году на Дальнем Востоке доминировала Япония, занимавшая тогда, напомним, Корею и Маньчжурию. Центр промышленного производства, включавший в себя и добычу полезных ископаемых, и гигантские по тем временам производства, был у японцев в этом регионе, а у нас – далеко в европейской части. С точки зрения военной мощи, как морской, так и сухопутной, мы могли исходить лишь из того, что сумеем в случае японской агрессии только продержаться до подхода подкреплений из западной части нашей страны.
У нас распространено мнение о том, что самураев удержали от развязывания войны наши победы на Хасане и Халхин-Голе. Отчасти это так, опьяненные цепью непрерывных военных триумфов, наши соседи впервые познали тогда горечь поражения. Но посмотрим на эти события с позиции Токио. Японскому народу их представили как победу: было сделано множество фотографий, запечатлевших советских военнопленных и трофейные, новейшие на тот момент образцы вооружений. И лишь в секретном докладе императору говорилось о потерях, но опять же, цифры были преуменьшены в разы, если не на порядок. Так что в понимании большинства части политиков и общественности страны самурайский меч в конце 1930- начале 1940-х годов не был надломлен.
Добавим к этому и другие пограничные инциденты, верх в которых сумели одержать японцы. Их суть вкратце такова. Летом 1937 года под Благовещенском японцы сумели вытеснить с островов Сеннуха и Большой на реке Амур высадившихся там десятью днями раньше советских пограничников, потопив в ходе боя наш бронекатер и повредив еще несколько кораблей. Днем позже на Амуре был потоплен еще один советский пограничный корабль. Японское правительство предприняло демарш, и СССР вынужден был согласиться отвести свои войска с обоих островов на прежние позиции, хотя до этого речь шла о подготовке едва ли целой советской дивизии к боевым действиям. Японцы здесь сумели обойти нас как на военном фронте, так и на дипломатическом.
Так что полагать, будто мы сумели «убедить» островных соседей не начинать драку на наших дальневосточных рубежах, показав свою силу, верны, но лишь частично.
Наиболее емко уровень военных возможностей двух стран отразил японский историк Фудзивара Акира. Он указывал, что «сравнение армий двух стран должно проводиться с учетом всей численности войск, которые стороны могли использовать в случае войны. Для СССР весьма серьезной проблемой была большая протяженность железнодорожной магистрали из Европы в Сибирь, которая к тому же имела лишь одну колею. С другой стороны, окруженная морями Япония могла концентрировать войска, используя морские пути. Это обеспечивало ей решающее преимущество. Кроме того, основная часть капиталовложений Японии в Маньчжурии шла на строительство выводящих к советской границе стратегических железных дорог, что обеспечивало быстрое развертывание войск. В Японии существовал план сосредоточения в районе границы в течение трех-четырех месяцев с начала войны миллионной группировки. Учитывая это, Советский Союз был вынужден увеличить численность сил сдерживания на Дальнем Востоке еще в мирный период».
Часть наших историков уверовала, будто бы одним из факторов сдерживания стала невозможность получения японцами надежной разведывательной информации. Утверждается, что после осени 1937 года, когда с Дальнего Востока были выселены корейцы, среди которых могли раствориться японские разведчики, у самураев не было ни единого шанса получить точные сведения о состоянии наших войск и обстановке на сопредельных территориях. Выглядит логично, но чересчур просто...
При более скрупулезном анализе начинаешь понимать: что-то здесь не так. У «островитян» было предостаточно агентуры среди множества эмигрантов старой России в Северо-Восточном Китае, да и технической разведки и возможностей нескольких японских консульств на Сахалине и Камчатке никто не отменял.
Впрочем, был здесь у наших оппонентов «козырный туз» в рукаве: в 1938 году к ним перешел Генрих Люшков, главный чекист на всем Дальнем Востоке!
Японцы окрестили этот инцидент «побегом столетия» - настолько ценную информацию, включая мобилизационные планы и даже радиокоды в этом регионе предоставил перебежчик.
В конце концов, убедительным доказательством наличия у наших оппонентов военных планов применительно к СССР служит указание генштаба японской армии, датированное 1942 годом: быть готовыми «опередить противника в подготовке к войне и создать положение, позволяющее по своему усмотрению нанести первыми удар в момент, благоприятный для разрешения северной проблемы».
Так что же побудило японцев заключить с нами договор о нейтралитете в 1941 году? Ответ лежит в экономической плоскости. Токио, как и его основной союзник Берлин, испытывал острую нужду в природных ресурсах. Металлов более-менее хватало, а вот с нефтью ситуация была не слишком радужной. Германию еще как-то выручали румынские нефтепромыслы, а вот у империи Ямато своя нефть закончилась уже к 1920-м годам, на подвластных землях Кореи и Маньчжурии «черного золота» обнаружено на тот момент тоже не было.
Роль основного поставщика стали играть вездесущие и услужливые американские корпорации – именно они поставляли до 80-90 процентов от всех объемов нефти, в которых нуждался Токио. Естественно, японцев эта статистика не радовала. В качестве альтернативы ими рассматривалась поставка нефти из южных территорий, находившихся тогда под властью Голландии и Великобритании. Но поход за ней означал вооруженный конфликт с этими европейскими странами.
Где же взять нефть? В Советском Союзе, на Сахалине…
Мало кому, за исключением небольшого круга специалистов известно, что вплоть до осени 1944 года в районе небольшого города Охи, что на севере Сахалина, японцы добывали нефть на вполне легальных основаниях.
А именно - согласно так называемому коллективному договору «по японской нефтяной концессии на острове Сахалин», заключенному еще в 1925 году. На первый взгляд, это кажется невероятным, ведь иностранные концессии, детища введенной в начале 1920-х В.И. Лениным «новой экономической политики», к началу тридцатых годов были практически полностью ликвидированы. Причем делалось это довольно грубыми методами: самым непонятливым административными методами не давали работать.
Очевидно, что секрет долгожительства японского предприятия кроется в том, что никто не стремился полностью «перекрыть кислород» нашим соседям. Советское правительство на несколько ходов вперед просчитало все возможные действия японцев. А для последних нефтяная сделка с Советской Россией сразу же приобрела особое значение: в состав «Акционерного общества Северо-Сахалинских нефтяных предпринимателей» вошли гранды промышленности этой страны, в том числе - известные и по сей день корпорации «Мицуи» и «Мицубиси». Его уставной капитал составил 10 миллионов иен, сумма по тем временам просто астрономическая. Главой акционерного общества стал адмирал Сигецуру Накасато, лично подписавший в конце 1925 года в Москве концессионное соглашение с Феликсом Дзержинским. Оно и понятно: сахалинская нефть шла на нужды японского флота.
Стараниями заинтересованных в увеличении своих нефтяных запасов японцев объемы нефтедобычи выросли к середине 1930-х до 180 тысяч тонн. Что было почти в два раза выше аналогичных показателей в самой метрополии.
Помимо нефти вплоть до 1939 года опять же по концессии, но уже угольной, японцы получали с Сахалинавплоть до 1939 года еще и коксующийся уголь, который поставлялся на металлургические заводы, выполнявшие военные заказы. Выгодна японцам была и так называемая конвенция о рыболовстве: согласно ее положениям, они имели право вести промысел морских биологических ресурсов около восточного побережья Камчатки, в Охотском море и вблизи Приморья.
Акционерное общество продолжало существовать, несмотря на военные конфликты. Причина - в особом внимании советского правительства. Например, 5 июля 1938 председатель Совета народных комиссаров СССР В. Молотов подписал имевшее гриф «Совершенно секретно» (снятый лишь в 1990-х, несмотря на отдельные возражения), постановление – тем самым дав зеленый свет продолжению работы нефтяной концессии.
Очень занятный документ. Ну, в какой «бумаге» подобного рода, да еще подписанной практически на самом верху, можно найти указание о строительстве яслей, бань и душа? И зачем Совнаркому разбираться, нужна или не нужна японским концессионерам гидрометеостанция. Напомню: к этому дню прошло чуть более года с момента инцидента под Благовещенском, унесшего жизни советских военнослужащих, уже назревали события на Хасане.
Будь на месте И.В. Сталина политик помельче, он обязательно бросился бы «размахивать шашкой» и одним махом закрыл бы все концессии с японцами в отместку за гибель своих солдат и провокации на границе.
Тем более что подобного рода партнерство с японцами таило в себе опасности. Первая – идеологические потери. Концессии – показатель того, что ты фактически продолжаешь вести признанную неэффективной нэповскую политику. А коль так, значит, все твои заявления о новом курсе, все жертвы в ходе индустриализации - во многом пустой звук... Останься в советском руководстве правые или левые уклонисты, они бы обязательно припомнили это вождю всех народов. Второй: работа концессий фактически пропагандировала капиталистический образ жизни. Японцы поставляли на север Сахалина все самое лучшее, что на фоне советской системы снабжения, пытавшейся завозить с материка продукты и товары далеко не всегда высокого качества и первой свежести, выглядело просто фантастикой. Не зря поэтому рассказы о том, как вольготно жилось советским рабочим, занятым на нефтяной и угольной концессиях, ходили на Сахалине едва ли не до конца восьмидесятых. Да и сейчас некоторые жители северной части острова сравнивают тогдашний Северный Сахалин с Сингапуром. Третий момент. Концессии предоставляли японцам прекрасную возможность для сбора данных о внутренней жизни Советского Союза, да и о военном строительстве. Конечно, НКВД этим вопросом занимался, о чем свидетельствуют аресты среди японских работников этого совместного предприятия, но сколько разведчиков все же продолжило свою работу, не знает никто.
Особое значение для японцев нефтяная концессия приобрела в начале 1940-х: тогда стало ясно, что после создания оси Рим-Берлин-Токио война с Соединенными Штатами неизбежна и, следовательно, поставки американской нефти прекратятся. Это и стало одной из причин, сподвигнувших Токио предложить заключение договора о нейтралитете. В ходе подготовительных контактов осенью 1940 года глава японской дипломатической миссии говорил наркому иностранных дел В. Молотову: «Если между Японией и СССР будет заключено соглашение, то японское правительство убеждено, что это окажет благоприятное влияние на рыболовный и концессионный вопросы». Перевод с вычурного дипломатического языка звучит так: «Мы вам договор о нейтралитете, а вы нам – сохранение концессий». И мы пошли на японские условия, хотя политические издержки для Москвы, вызванные подписанием договора с поджигателем войны на Дальнем Востоке, были немалыми. Нам, например, пришлось долго объясняться с китайцами, против которых вела войну японская армия, что мы по-прежнему на их стороне.
Понятно, что с началом войны с США сахалинская нефть для японцев стала на вес золота. В этих условиях пойти навстречу неоднократным предложениям Берлина развязать войну против СССР означало бы для Токио экономическое харакири.
И лишь в 1944 году, когда стало понятно, что мы справились с гитлеровской Германией, японская нефтяная концессия была ликвидирована.
…Наверно, многие начнут обвинять тогдашнее руководство во главе с И.В. Сталиным в том, что оно, таким образом, сознательно подталкивало Токио к конфликту с Вашингтоном. Однако давно известно, что политика есть искусство возможного, а использование такого мощного рычага влияния, как сахалинская нефть, было в тех условиях не только возможным, но и жизненно необходимым.
Ситуация отчасти повторяется и сегодня. После аварии на АЭС «Фукусима» в марте 2011 года и последовавшего за ней резкого увеличения доли ТЭЦ в энергобалансе Япония вынуждена была значительно увеличить потребление углеводородного сырья. В качестве одного из важнейших источников снова рассматриваются сахалинские нефть и газ. Может быть, как раз в этом одна из причин того, что японские политики заговорили о «выходе двусторонних отношений на новый этап». Значит, Москве следует по максимуму использовать «углеводородный фактор» в отношениях с Токио.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 15 июл 2013, 22:39

По реке поплыл первый в истории пароход

15 июля 1783 года, 230 лет назад, французский артиллерийский офицер, инженер-самоучка маркиз Клод Франсуа Дороте де Жоффруа д'Аббан испытал на реке Соне близ Лиона первый в истории пароход, а точнее пироскаф (от греч. «пир» – огонь и «скафос» – корабль).
Судно водоизмещением 182 тонны «тащила» одноцилиндровая горизонтальная паровая машина. Поступательно-возвратное движение ее поршня, посредством оригинального реечного механизма, преобразовывалось во вращение двух бортовых гребных колес. Пироскаф восторженно приветствовала толпа зевак. Он бодро двинулся против течения, однако через 365 метров пути был вынужден причалить к берегу. Паровая машина, по существу, расколошматила судно.
От продолжения своей работы пионеру пароходостроения пришлось отказаться, поскольку ему не удалось найти спонсоров ни среди буржуа, ни в правительстве.
Регулярные рейсы паровых судов в Европе начались лишь 1816 году. Немецкие кораблики курсировали по рекам Рейн и Шпрее. На первых порах к пароходам относились скептически. Людям не нравилось, что они очень сильно дымят. Не верилось также, что пароходы смогут из рек и небольших озер выйти в моря и океаны. Старые «морские волки» приняли паровую машину всерьез лишь тогда, когда она успешно выдержала переход через Атлантический океан. Но и то не с первого раза. Пароход «Саванна», например, в 1818 году отправился из Нью-Йорка в Ливерпуль и проделал 27,5 миль за суточный рейс.
Началом новой эры морского судоходства можно считать переход судна «Сириус» через Атлантику в 1838 году. Пароход пересек океан за 18 суток и 10 часов только под паровым двигателем. Но еще долгое время на паровых судах оставались паруса на случай, если паровые машины вдруг сломаются или уголь в трюмах окажется отсыревшим.
С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Platonov » 07 авг 2013, 21:52

Фильм об истории Донского края, призер кинофестиваля. Автор Юрий Гайдидей.

С уважением, ст. матрос ДКБФ Григорий Платонов.
Аватара пользователя
Platonov
Почетный форумчанин
 
Сообщения: 1453
Зарегистрирован: 08 июн 2012, 18:34
Откуда: г. Ростов-на-Дону
Воинское звание: старший матрос

Re: Экскурсии в историю

Сообщение Schultz » 04 июн 2020, 12:07

Второй налёт «сталинских соколов» на Берлин: почему он обернулся трагедией 

Сразу после налета немецких бомбардировщиков на Москву 24 июля 1941 года советское руководство приняло решение нанести ответный удар и сбросить бомбы на Берлин. Решить эту задачу было не так-то просто, для этого необходимы были дальние бомбардировщики.
Тяжелый бомбардировщик «Илья Муромец» СССР принял на вооружение раньше всех в мире. В тридцатые в Советском Союзе было построено более восьми сотен тяжелых бомбардировщиков ТБ-3, на тот момент самых совершенных в своем классе. Подобных самолетов, да еще в таком количестве, не имела тогда ни одна страна мира. Однако к 1941 году ТБ-3 уже устарели. В начале Великой Отечественной войны Советский Союз, имея среди всех стран мира больше всего боевых самолетов, не имел стратегической авиации. Согласно справочнику «Боевой и численный состав Вооруженных Сил СССР в период Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). Статистический сборник № 1», на 1 июня 1941 года из 18 759 боевых самолетов имелось 364 старых ТБ-3 (только 194 исправных), 2203 самолетов ДБ-3 различных модификаций и 9 тяжелых бомбардировщиков ТБ-7.
Пять авиационных корпусов Авиации Дальнего Действия в качестве основного самолета имели бомбардировщик ДБ-3 («Дальний Бомбардировщик — третий») конструкции С. В. Ильюшина. Сравнительно небольшой трехместный самолет Ильюшина мог доставить тонну бомб на расстояние чуть более трех тысяч километров. ДБ-3 мог летать и дальше, взяв дополнительное горючее, но тогда он брал меньше бомб.
Первый налет на Берлин совершили 7 августа торпедоносцы ДБ-3Т авиации Балтийского флота. Пятнадцать самолетов, с 500 кг бомб каждый, взлетели с самого западного аэродрома на острове Эйзель в Моозундском архипелаге. Пять самолетов сбросили бомбы на Берлин, остальные отбомбились по другим целям. Налет имел чисто психологическое значение, так как для серьезной бомбардировки просто не было возможностей. Задачей летчиков было попасть в сам Берлин, что при том уровне техники являлось не такой уж простой задачей.
Следующий налет запланировали на 10 августа — выполнять его должны были летчики только что сформированной 81-й авиадивизии.
В нее собрали все имеющиеся на тот момент тяжелые бомбардировщики ТБ-7 (позже Пе-8) и дальние бомбардировщики ДБ-240 (позже Ер-2). Командовал дивизией комбриг, Михаил Васильевич Водопьянов, знаменитый летчик, совершивший несколько рекордных перелетов, участник операции по спасению челюскинцев. Получив письменный приказ за подписью Сталина от 8 августа, в котором предписывалось обязательное применение фугасных и зажигательных бомб и личное участие в налете, Водопьянов 10 августа перебросил на аэродром в городе Пушкин 12 самолетов ТБ-7 и 28 ДБ-240.
Операция проводилась в сжатые сроки в условиях строжайшей секретности. В результате о ней не оповестили войска ПВО и Балтийский флот. В ходе подготовки к полету выяснилось, что лететь смогут лишь 16 ДБ-240 и 10 ТБ-7. Причем перегруженным ДБ-240 просто не хватало длины взлетной полосы для разбега.

Как только один ДБ-240 снес ограждения взлетной полосы, а у одного из ТБ-7 на взлете отказали сразу два двигателя и самолет разбился, взлет других самолетов был отменен. В воздух успели подняться и взять курс на Германию десять самолетов, семь ТБ-7 и три ДБ-240.
Неприятности у взлетевших начались сразу. Бомбардировщик Водопьянова был прямо на взлете атакован советским истребителем. Советские летчики-истребители просто не знали новых бомбардировщиков и принимали их за немецкие. Альбом самолетов для зенитной артиллерии, в котором были впервые изображены бомбардировщики ТБ-7 и ДБ-240, был подписан в печать только 21 июня 1941 года и успел поступить далеко не все части.
Водопьянов смог уйти от советского истребителя, а вот экипажу лейтенанта Б. А. Кубышко не повезло. Их ДБ-240 на обратном пути сбил свой же истребитель, и пришлось спасаться на парашютах.
Самолет ТБ-7 капитана А. Н. Тягунина на обратном пути был сбит своими зенитками и разбился. Самолет ТБ-7 старшего лейтенанта А. И. Панфилова бы поврежден зенитками над Германией, на обратном пути у самолета отказали моторы и он сел на территории Финляндии. Уцелел только стрелок-радист, которого освободили из плена после Победы. Бомбардировщик Водопьянова был сбит зенитками на обратном пути над Эстонией. Самолет посадили, и экипаж через четыре дня смог выйти к своим. Спасло то, что в составе экипажа был эстонец. Еще три ТБ-7 имели проблемы с двигателями, но смогли дотянуть до своей территории и сели в Торжке, Обухове и Ропше. Самолет Ер-2 капитана А. Г. Степанова пропал без вести. На аэродром в Пушкине вернулся только бомбардировщик старшего лейтенанта Пепегелова.
Долететь до Берлина и сбросить бомбы смогли лишь шесть самолетов, один экипаж не долетел, но сбросил бомбы на территории Германии.
В телеграмме командующего ВВС Красной Армии генерала Жигарева от 12 августа была сказано: «…10 августа на выполнение задания вылетели 7 ТБ-7 и 3 Ер-2. По предварительным данным, по цели работали 2 ТБ-7 и 2 Ер-2. Один ТБ-7 сбросил бомбы до подхода к цели, т. к. сдал мотор. О Водопьянове и Панфилове данных нет… Установить, почему имело место 3 случая отказа правой группы моторов, пока не удалось. …».
Результат операции был плачевным. Самой большой проблемой оказались даже не свои истребители и зенитчики, а ненадежные двигатели. Неполадки с моторами в полете были у всех десяти взлетевших бомбардировщиков. В такой ситуации проводить в спешке подобные операции — это лишь губить людей и машины. Сказались системные проблемы в авиационной промышленности, о которых можно написать целые тома.
Впрочем, виноватым за все назначили Водопьянова. Его сняли с должности командира дивизии, но даже не разжаловали и оставили летать командиром корабля. Уж слишком понятно было, что он виновен меньше всех.

(с) rambler.ru
7 учебный отряд имени адмирала Ф. С. Октябрьского, 9-я отличная рота.
Аватара пользователя
Schultz
Администратор
Администратор
 
Сообщения: 7829
Зарегистрирован: 19 янв 2006, 16:55
Откуда: Москва
Реальное имя: Сергей
Воинское звание: старший матрос


Вернуться в Исторический раздел

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1